Угроза для черного лебедя

Международная группа ученых секвенировала геном черного лебедя и его родственника лебедя-шипуна. Оказалось, что черный лебедь не сохранил несколько важных для иммунитета генов, которые есть у лебедя-шипуна и других птиц. Поэтому в случае появления высокопатогенных форм птичьего гриппа в Австралии черные лебеди окажутся в серьезной опасности.

Черный лебедь (Cygnus atratus) — крупная птица с преимущественно черным оперением и красным клювом. Его природный ареал охватывает юго-запад и восток Австралии и остров Тасмания. В XIX веке черные лебеди были завезены в Новую Зеландию и распространились там. В Европе еще в античную эпоху выражение «черный лебедь» использовалось для обозначения чего-то невероятного («...редчайшая птица земли, как черная лебедь» в шестой сатире Ювенала, перевод Д. С. Недовича). Поэтому, когда в 1697 году нидерландский путешественник Виллем де Вламинк встретил черных лебедей в Австралии, его рассказы были встречены с недоверием, а птицы, которых он захватил с собой, не дожили до прибытия в Европу. С XVIII века черный лебедь стал одним из символов Австралии. Он изображен на гербе и флаге штата Западная Австралия, а также на эмблемах многих австралийских организаций. Черных лебедей нередко завозят в парки других стран, и иногда им удается сбежать и сформировать устойчивую популяцию, поэтому в Великобритании, Японии, США и Китае черные лебеди встречаются как интродуцированный вид.

«Черные лебеди имеют схожую генетическую основу [с лебедями-шипунами], но есть и явные различия», — говорит один из авторов работы, вирусолог Кирсти Шорт (Kirsty Short) из Университета Квинсленда. Исследование показало, что у австралийских черных лебедей (Cygnus atratus) отсутствуют некоторые иммунные гены, которые борются с вирусными инфекциями. «Это говорит нам, что, если птичий грипп когда-нибудь попадет в Австралию, черные лебеди будут очень, очень уязвимы, — замечает Шорт. — И это действительно пугающее предложение, потому что ... этот вирус распространяется за границей». Кирсти Шорт подчеркнула, что это открытие указывает на постоянную необходимость борьбы с глобальными вспышками птичьего гриппа, а также важность контроля и биобезопасности.

Большинство из штаммов птичьего гриппа представляют собой низкопатогенные вирусы, которые постоянно циркулируют среди диких птиц и практически не вызывают заболеваний. Только определенные штаммы двух подтипов — H5 и H7 — вызывают тяжелое заболевание и смерть. Оба первоначально появились у домашней птицы и распространились на диких птиц.

Ученые ранее уже отмечали, что черные лебеди особенно восприимчивы к высокопатогенным штаммам птичьего гриппа. По словам Анджана Каравита (Anjana Karawita) из Австралийского центра по обеспечению готовности к болезням, в то время как их белые сородичи и другие водоплавающие птицы могут страдать лишь легкими симптомами, такими как апатия, черные лебеди умирают так быстро, что часто не успевают проявить никаких внешних признаков болезни. «Обычно они умирают в течение двух-трех дней», — сказал доктор Каравита. В 2020 году пять черных лебедей в Иерусалимском библейском зоопарке умерли после заражения штаммом H5N8, но лебеди-шипуны и другие водоплавающие птицы не пострадали вообще.

Кирсти Шорт говорит, что отсутствие важных для иммунитета генов, свидетельствует о том, что черные лебеди могут быть восприимчивы не только к птичьему гриппу, но и ко многим другим вирусам. «Я подозреваю, что изоляция Австралии, вероятно, сыграла роль в предотвращении проникновения этих вирусов и, следовательно, в обеспечении безопасности черного лебедя», — объясняет она.

За прошедшие годы в Австралии были обнаружены небольшие вспышки высокопатогенных штаммов птичьего гриппа у домашней птицы. Самой последней была вспышка H7N7 на фермах штата Виктория в 2020 году, вирус развился среди домашних птиц из низкопатогенного вируса, обнаруженного у диких птиц в Австралии. Тысячи кур и индеек были забиты для локализации вспышки.

Наибольшую озабоченность вызывает вирус птичьего гриппа H5N1, который еще не наблюдался в Австралии. По словам Кирсти Шорт, с тех пор как H5N1 впервые появился в конце 1990-х годов, он эволюционировал «как сумасшедший». За последние два года разрушительная линия вируса, известная как 2.3.4.4b, распространилась по всему миру. «Впервые он проник в Южную Америку и просто уничтожает там популяции птиц», — говорит Кирсти Шорт. Штамм также широко распространен в Европе, Великобритании, Северной Америке и Азии.

По словам Мишель Вилле (Michelle Wille), занимающейся наблюдением за птичьим гриппом в популяциях диких птиц Австралии, скрининг пока не выявил здесь никаких признаков вируса H5N1. «Я думаю, что риск будет низким, вероятно, до сентября, когда вернутся перелетные птицы», — считает Мишель Вилле. Водоплавающие птицы, которые, как считается, сыграли роль в распространении вируса H5N1 в Европе, Азии и Африке, не мигрируют в Австралию. Более мелкие болотные птицы, вроде куликов, обычно не считаются обычными переносчиками высокопатогенных штаммов птичьего грипа, однако Мишель Вилле считает, что степень риска неясна и необходимо сохранять бдительность, потому что даже если только один кулик прилетит в Австралию со штаммом H5N1, это может вызвать вспышку.

Исследование опубликовано в журнале Genome Biology.

Обсудите с коллегами

27.09

Забытые бастарды Восточного фронта

PRO SCIENCE
26.09

Цифры врут. Как не дать статистике обмануть себя

PRO SCIENCE
25.09

Невозможность второго рода

PRO SCIENCE
24.09

Пять сил, изменяющих все

PRO SCIENCE
23.09

Взломавшая код

PRO SCIENCE
22.09

Закрытые. Жизнь гомосексуалов в СССР

PRO SCIENCE
Привет от настоящего журналиста