Гонения советской власти на Русскую церковь были таковы, что не то что сказать о своей вере, но даже молча следовать ей было подвигом. Прославленные в лике святых новомученики и исповедники не поступились ничем: верили, молились и безропотно шли на свои голгофы.

«Полит.ру» вспоминает тех, кто отдал свою жизнь за веру и чьими молитвами жива Русская церковь — даже если кроме имени до нас почти ничего не дошло.

Публикации подготовлены Кириллом Харатьяном (включен российскими властями в реестр иностранных агентов).

Священномученик Александр Ратьковский

Александр Ратьковский — сын диакона из села Опросьево Ново-Ржевского уезда Псковской губернии. В 1891 году 21-летний Александр Ратьковский окончил духовную семинарию и был рукоположен в сан диакона, а в 1897 году — в сан священника.

В 1906 году был назначен в один из храмов города Торопца, где прослужил всю жизнь до своей мученической кончины.

19 марта 1931 года был арестован в числе других православных, среди которых были епископ Великолукский Тихон (Рождественский), священники, диаконы, монахи и православные миряне, которых власти объединили в вымышленную организацию «Усиление христианского движения».

2 апреля следователь допросил священника. На его вопросы о. Александр ответил: «Родители мои были из духовных. Отец был диаконом в Ново-Ржевском уезде, где и умер. В Торопец я приехал в 1906 году, где и служу по настоящее время. Семья у меня — восемь человек. Три сына: Анатолий служит священником в погосте Севастьяново Торопецкого уезда, ныне выслан ОГПУ, Николай — в Кременчуге, но где работает, мне неизвестно, Владимир служит в совхозе в Боровичском уезде Новгородской губернии. Четыре дочери служат на советских работах.

Священнослужителей, а также монахинь города Торопца я знаю, они сейчас арестованы, но других назвать имена и фамилии затрудняюсь. Знакомства особенного ни с кем никогда не вел, так как живу на окраине города, но по делу ко мне все же приходили. Больше сказать ничего не могу».

12 ноября 1931 года был приговорен к трем годам ссылки в Казахстан, по окончании которой в 1934 году вернулся в Торопец и стал служить в той же церкви. С его возвращением в храм церковная жизнь оживилась. Отец Александр наладил в храме уставное богослужение, монахини пели на клиросе, одну из монахинь он назначил старостой. Этого было уже достаточно для ареста.

НКВД арестовал о. Александра 23 июля 1937 года и заключил в Торопецкую тюрьму; на следующий день следователь допросил его.

— Каковы ваши взаимоотношения с епископом Иоанном Троянским и другими священниками?
— Взаимоотношения у меня с епископом нормальные, он был у меня на квартире, был и я у него на квартире по вопросам религиозного характера.
— Вам известно, что епископ Троянский, находясь в церкви, где вы служите священником, раздавал детям конфеты с целью вербовки молящихся?
— Да, признаю, что в церкви, где я являюсь священником, епископ раздавал детям конфеты, но я... не считаю это ненормальным явлением…
— Произносил ли проповеди епископ Троянский, находясь в церкви, в которой вы состоите священником?
— Да, проповеди епископа были обычным явлением, какого они были содержания, я затрудняюсь сказать, так как я в это время потреблял Святые Дары.

31 августа Тройка НКВД приговорила о. Александра к расстрелу.

Расстрелян 4 сентября 1937 года.

Обсудите с коллегами

17:30

Сны в эпоху катастрофы

16:46

Бомба для Южной Кореи

16:39

Замыкая круг: президент и государственная тайна

16:23

Восточная версия ЕС

15:57

Нервничаем, наверное, почему-то

15:23

Перспективы денацификации

Священномученик Алексий Орлов