Более полугода в Сахарово. Как в ЦВСИГ содержат украинцев во время спецоперации

Сотни украинских граждан застряли в России из-за разрыва дипломатических отношений на фоне «военной операции». Многие из них находятся Центре временного содержания иностранных граждан (ЦВСИГ) и по сей день.

Один из них — центр в Сахарово. У многих задержанных украинцев в России есть родственники, семьи и даже дети. Кто-то приезжал в РФ для поиска работы или стажировки. Этой проблемой еще весной занялись правозащитники из Московской Хельсинкской группы (МХГ). Сейчас на их счету десятки освобожденных украинцев в Москве.

Елизавета Антонова поговорила с руководителем правовых программ МХГ Романом Киселевым об условиях содержания граждан Украины, сроках их депортации и юридических проволочках.

Сколько украинцев сейчас находится в ЦВСИГ (Центрах временного содержания иностранных граждан)?

Точного ответа на этот вопрос я не могу дать. Необходимо различать две категории украинцев, которые находятся в центрах: украинцы, которые ожидают выдворения, и украинцы, которые ожидают депортации.

Это две разных формы наказания. Выдворение – это форма административного наказания, например, за нарушение миграционного законодательства. А депортация – это инструмент миграционной политики и тебе не нужно нарушать именно миграционное законодательство, чтобы к тебе его применили. И чаще всего он применяется к людям, которые находятся в местах лишения свободы. Региональные органы внутренних дел принимают подобные решения. Обычно люди могут сами уехать, но в условиях, в которых сейчас мы все находимся, они никуда выбраться из России не могут. И они в итоге находятся в ЦВСИГ.

Касательно первой категории на начало лета их было по меньшей мере несколько сотен. Больше всего их было в Москве — 113. Порядка сорока их было в Санкт-Петербурге. И достаточно много на приграничных территориях: Воронежская область, Ростовская область, Курская… А если говорить про депортантов, то это в основном регионы, в которых есть колонии. Они есть и в Москве, но также есть и в Липецкой области, республике Коми. Соответственно люди, когда оттуда выходят, сразу попадают в ЦВСИГ. Депортантов тоже несколько сотен сейчас находятся на территории России.

Хочу отметить, что нет данных по всем регионам, чтобы их суммировать, но есть данные обрывистые. В год у нас освобождается достаточно большое количество заключенных. И часть из них вполне может быть иностранными гражданами из Украины. Но это будет статистика на конец года…

Мы очень хотим сделать рассылку по региональным органам исполнительной власти, которая заключается в том, чтобы нам прислали какие-то точные цифры. На данный момент никто их не публикует.

Стало ли число задержанных украинцев расти с началом спецоперации? С чем это связано?

Я не могу сказать, что есть какая-то точно зафиксированная государственная политика в этом направлении. Мы точно заметили, что украинцы стали чаще попадать под пристальное внимание со стороны миграционных служб, со стороны органов МВД и ФСБ. И это в принципе прямо пропорционально влияет на выявляемость нарушителей миграционного режима. Соответственно, большее число людей начинает попадать в ЦВСИГи.

Часто мы сталкиваемся с такими кейсами, когда у украинцев изучаются социальные сети, звонки, переписки. И если ты, например, мог высказаться некорректно в адрес российской власти, то это могло стать поводом для задержания.

Я правильно понимаю, что многие из них несколько месяцев не могут встретиться с родными и просто уехать на родину?

Да, они просто не могут покинуть центр, поскольку идут боевые действия. Поэтому получается так, что украинцев становится больше всех остальных в ЦВСИГ.

У нас был кейс: когда в Сахарово сидели украинцы еще до начала СВО, и их не смогли выпустить после начала. Были там еще два «долгосидящих», которые находились в ЦВСИГ с марта 2021 года. Обычно в таких центрах не содержат более полугода.

Были ли неоправданные задержания?

Сложный вопрос, потому что на наш взгляд, многие украинцы были задержаны неоправданно.

Почему?

Потому что действовал президентский указ о продлении миграционных сроков иностранным гражданам в связи с ковидом. С одной стороны, он закончился, но с другой стороны, там действовала норма, что миграционный режим возвращается в обычный режим при восстановлении транспортного сообщения со страной в течение трех месяцев. С Украиной восстановили сообщение только 20 мая.

Так, если посмотреть, например, на граждан Казахстана, то суды принимают решения об их освобождении, а по украинцам – нет. И не очень понятно, чем это объясняется. Возможно, он продиктован определенными указаниями. Тут сказать сложно.

Судя по рассказам тех, кто попал в Сахарово в Москве, то очевидно, что за ними было более пристальное внимание. Несколько человек попались на том, что их позвал в отделение полиции участковый. Они приходят, а у них обнаруживаются проблемы с документами. Например, резко выясняется, что пропал паспорт. Или, например, в отделение приходили писать заявление о потери паспорта, а полицейские выписывали штраф за то, что теперь этот гражданин нелегал. И затем помещали в ЦВСИГ.

Действительно среди граждан Украины были и те, кто не очень ответственно подошли к вопросу оформления своего миграционного статуса ввиду проблем с юридической грамотностью.

Так же ситуация обстоит с депортантами. Если они отбыли наказание — это совсем не значит, что они должны моментально катапультироваться из нашей страны. Тем более, у многих тут есть семьи. И когда мы говорим про применение столь строгих мер, зачастую тут идет речь о том, что мы разрываем семьи, и часто это еще семьи с российскими гражданами. Плюс люди могли долгое время жить в России и не видеть себя в другом месте.

Еще один немаловажный момент, что многие люди здесь живут скрытно и у них нет российского гражданства. Это связано с присоединением Крыма.

Как это возможно? Это люди, которые осознанно отказались от российского гражданства?

Там очень индивидуальные истории: кто-то мог отказаться, а кто-то мог не получить из-за того, что не был в тот момент в Крыму.

Каковы сейчас условия содержания в ЦВСИГ? Такие же, как во время протестов за Навального в 2021 году, когда камеры были переполнены?

Примерно такие же. Это не только проблема Сахарово. Там очень плохие правила внутреннего распорядка, которые на самом деле мало что регламентируют. Например, никто ничего не пишет по поводу возможности переписки. И если не написано, значит, можно запретить. Плохо регламентированы свидания. Могут отбирать телефоны, или сотрудники Центра могут не давать звонить по мессенджерам, хотя это иностранцы… У них могут быть родственники в другой стране, а звонки между странами могут стоить очень дорого. Еще одна проблема обустройство: нет источника воды кроме крана, нет розеток, или распорядок дня таков, что на ночь не гасится свет, и единственный выход за день из камеры — это часовая прогулка. Ужасное состояние уборных и душевых…Многие адвокаты говорят, что лучше находиться в СИЗО, чем в таком месте. В СИЗО даже есть библиотека, а здесь люди медленно сходят с ума… И эти люди — не какие-то ужасные преступники, но условия их содержания намного хуже, чем у этих самых преступников.

Тем не менее, я отмечу, что в разных регионах — разные ЦВСИГ. Где-то может быть похуже, где-то получше.

Сколько людей удалось уже отпустить из ЦВСИГ по России?

Мы работали в основном по Москве. Петербург практически весь удалось освободить. В начале лета, когда мы начали активно говорить о Центрах, Федеральная служба судебных приставов (которая отвечает за исполнение постановления о выдворении) заявила о том, что она не может это делать и она направит в суды соответствующие документы о прекращении наказания. У них есть такая возможность. Такая ситуация складывалась только в Москве, и суды начали активно рассматривать эти дела. Это позволило в короткие сроки нам с юристами большую часть людей освободить. Но кого-то оставляли, потому что судьям казалось, что они какие-то асоциальные элементы. Но, тем не менее, это не задача ЦВСИГ содержать таких людей. Некоторые не хотели отпускать украинцев без документов… разные истории были. Часто на такое заседание даже не приглашали задержанного, поэтому без помощи юристов, которые отстаивали интересы этих граждан, ничего бы не получилось.

Далее, после практики отказа в районных судах, мы стали составлять заявления в Мосгорсуд, и он стал их освобождать. Но у нас остается пять человек, которых мы никак не можем освободить, потому что у них есть записи в личном деле от ФСБ, в которых говорится, что их подозревают в причастности к экстремистской и террористической деятельности на территории России. Однако никаких доказательств этому не приводилось, но, тем не менее, суд просили принять это к сведению.

Помещают ли новых украинцев в ЦВСИГ?

Начиная с мая туда перестали направлять украинцев.

А выпускают ли депортантов?

Это идет по Уголовному кодексу и там совсем другая практика. К сожалению, из них мало кто сейчас выходит. Более того, сейчас появилась такая практика, что таких украинцев депортируют в места боевых действий. Это редкие случаи, но они есть. Без нашей помощи такие люди остаются один на один системой. И без грамотного юриста здесь им никак не помочь.

Обсудите с коллегами

00:01

Человек дня: Владимир Войнович

25.09

Макс Адамс о важных для человечества деревьях

25.09

Выдающиеся деревья, которые изменили нашу жизнь

PRO SCIENCE
25.09

В Анапе открылся XXXI кинофестиваль «Киношок»

25.09

Священномученик Евгений Зернов

25.09

Человек дня: Николай Раевский

Назад в будущее: что было 20 лет назад. 5–11 сентября