Гонения советской власти на Русскую церковь были таковы, что не то что сказать о своей вере, но даже молча следовать ей было подвигом. Прославленные в лике святых новомученики и исповедники не поступились ничем: верили, молились и безропотно шли на свои голгофы.

«Полит.ру» вспоминает тех, кто отдал свою жизнь за веру и чьими молитвами жива Русская церковь — даже если кроме имени до нас почти ничего не дошло.

Публикации подготовлены Кириллом Харатьяном.

Преподобномученик Василий Мазуренко

Владимир Мазуренко — сын крестьянина из села Кулыга Литинского уезда Подольской губернии. До двадцативосьмилетнего возраста, то есть до 1910 года жил вместе с родителями, помогая им по хозяйству. В 1910 году он отправился в Киев и поступил послушником в скит Феофания при Киевском Михайловском Златоверхом монастыре, находившийся в восемнадцати километрах от Киева, где подвизался до 1916 года. Затем он жил при архиерейском доме в Екатеринославе и здесь был пострижен в монашество с именем Василий и рукоположен в 1922 году в сан иеродиакона.

В 1922 году епископ Винницкий Амвросий (Полянский) направил иеродиакона Василия в Немировский Николаевский монастырь в Брацлавском уезде, где он прослужил до 1924 года. В 1925 году иеродиакон Василий был рукоположен во иеромонаха к Иоанно-Богословскому храму в родном селе Кулыга и прослужил здесь до 1927 года. В 1927 году он уехал в Грановский Спасо-Преображенский монастырь и прожил здесь около месяца, когда был назначен в Свято-Михайловский храм в селе Антоновка, где служил до 1928 года. В 1929 году иеромонаха Василия перевели служить в храм святого великомученика Димитрия Солунского в селе Ладыжинские Хутора Винницкой области.

Живя в селе Ладыжинские Хутора, отец Василий попал под пристальное внимание сотрудников Тульчинского окружного отдела ГПУ, которые стали настойчиво склонять его к сотрудничеству. Ему показалось, что если он не согласится, то его сразу же арестуют, и, желая несколько отложить время ареста, он в июне 1929 года дал согласие работать с ГПУ под кличкой «Василий». Его обязали давать сведения о духовенстве и монашествующих. На практике он с первого же дня стал уклоняться от сотрудничества. Так продолжалось в течение года и нескольких месяцев. 22 апреля 1931 года иеромонах Василий был арестован и заключен под стражу в камеру предварительного заключения в Гайсинском отделении милиции. И сразу же начались допросы. Отвечая на вопросы следователя, священник сказал, что действительно к нему домой ходят крестьяне, но исключительно по церковным вопросам. Иногда он сам выходил из дома по какому-либо церковному делу, и, встречая его на улице, сельчане, бывало, о чем-либо спрашивали, жаловались, что власти всё у них отбирают; на все эти вопросы и жалобы он отвечал одинаково: такое настало время и надо подчиниться. Он добавил, что знакомство имел только с благочинным и со священником из соседнего села; последний при встречах иногда спрашивал о том, как обстоит дело с уплатой налогов, которые власти требуют от церкви. О политике они не говорили.

Против иеромонаха Василия свидетельствовал житель села Ладыжинские Хутора, осужденный в свое время за убийство в пьяной драке на два года и восемь месяцев каторжных работ и два месяца служивший в армии Петлюры, так что у него хватало мотивов, чтобы подписывать то, что требовал следователь. Он показал, что священник был тесно связан с арестованными и затем высланными крестьянами, записанными властями в кулаки, что он создал при храме церковную общину, «сестричество», члены которой часто посещали дом священника и выступали против организации колхоза и проводимых советской властью в селе мероприятий. Весной 1930 года священник по целым дням бывал в храме и к нему приходили женщины, по-видимому, советоваться относительно колхоза.

Другой свидетель показал, будто священник говорил, что колхоз — это ярмо для крестьян, что люди, верующие в Бога, не могут и не должны входить в колхоз. Во время очередной проводимой советской властью кампании он вел агитацию против советской власти и говорил: «До каких пор будут грабить крестьян? Это всё потому, что мы молчим и делаем всё, что власть приказывает».

Один из свидетелей сказал, будто отец Василий призывал не идти в колхоз, а засевать землю самостоятельно, так как там, где крестьяне организованы в коллективы, хлеб всегда пропадает.

Допросив отца Василия и свидетелей, сотрудники местного ГПУ 1 июня 1931 года пришли к выводу: иеромонах Василий виновным себя не признал, а собранных доказательств для предания иеромонаха Василия суду недостаточно, и потому следует отправить дело участковому прокурору на прекращение и одновременно возбудить ходатайство о направлении его в Судебную тройку при Коллегии ГПУ УССР. И было высказано о необходимости применения «к обвиняемому в качестве меры социальной защиты ссылки в концлагерь сроком на пять лет».

Районный прокурор это предложение поддержал, а сотрудники местного аппарата ГПУ — тем более. Однако Особое совещание при Коллегии ГПУ УССР изменило приговор, и 14 августа 1931 года иеромонаха Василия приговорили к трем годам ссылки в Северный край, и он был отправлен по этапу в город Архангельск.

По окончании ссылки отец Василий продолжил пастырское служение в храме Рождества Богородицы в селе Клемово Серебряно-Прудского района Тульской области (ныне Московской области. — Ред.).

24 ноября 1937 года управление НКВД по Тульской области выписало постановление на арест иеромонаха Василия с определением, что он должен содержаться в тульской тюрьме. Он был обвинен во враждебном настроении к советской власти, а также в том, что «под видом совершения религиозных обрядов» ходил по домам колхозников и вел антисоветскую агитацию против выборов в Верховный Совет СССР.

12 декабря 1937 года отец Василий был арес тован и заключен в камеру предварительного заключения при районном отделении НКВД в Серебряных Прудах.

Были допрошены свидетели, один из которых показал, что однажды священник остановил его на улице и спросил, почему он отступился от церкви. Тот ответил, что в церковь он не ходит очень давно, не находя там ничего для себя полезного. И будто бы на это иеромонах Василий сказал: «Это большевики сделали из тебя безбожника. Если бы не было советской власти и этих антихристов-большевиков, ты никогда бы не был безбожником. Это они весь народ смутили, церкви закрыли, веру нарушили, а там, где и остались церкви, никакого житья не дают. Замучили всякими поборами. Налогами замучили».

Начались допросы священника, отрывки из которых мы привели в начале этой статьи. 30 декабря 1937 года тройка при УНКВД СССР по Тульской области приговорила иеромонаха Василия (Мазуренко) к расстрелу.

Расстрелян 8 января 1938 года и погребен в общей безвестной могиле.

Обсудите с коллегами

00:01

Человек дня: Юрий Визбор

19.06

Губернатор Петербурга обязал вакцинироваться 65% местных чиновников

19.06

ТАСС: рост заболеваемости коронавирусом в России продлится еще как минимум две недели

19.06

Лукашенко заявил, что Белоруссия не будет принимать самолеты из Украины

19.06

Шойгу, Лавров, Проценко. Путин назвал кандидатов в первую пятерку списка «Единой России» на грядущих выборах. Медведева среди них нет

19.06

Суд арестовал московского мундепа Кетеван Харадизе по делу о мошенничестве. Она объявила голодовку в знак протеста

Священномученик Александр Крылов